Больно мне, больно…

БольБоль – древнейшая сигнальная система. Без нее мы смогли бы прожить крайне недолго, потому что для человека чувство боли – основополагающее.
У всех животных боль выполняет две основные функции: сигнальную и охранительную. Сунул нос в огонь – тебя предупреждают: здесь опасно, не лезь дальше! Сломал лапу – боль не позволит на нее наступить, пока кость не срастется: поврежденному органу для выздоровления нужен покой.
Человек, как и животные, научился использовать эти функции боли. Развил их и превратил в искусство. Для человека цивилизованного боль стала не просто сигналом об опасности или о необходимости избегать нагрузки, она превратилась в повод для самоанализа и миропознания. Чувствуя боль, мы ищем ее причины и пытаемся изобрести лекарство. Но излишне развитый интеллект тут же окрасил боль эмоциями. Теперь 10% того, что мы испытываем, порезав палец или переев за ужином, – это то, что ощущает любое млекопитающее. А 90% – это наши переживания, связанные с недомоганием.
Человек научился испытывать фантомные боли – боли в конечностях, которых уже нет. А также мнимые боли на фоне депрессии: то сердце колет, то желудок режет, то голова раскалывается (все органы здоровы, люди проходят немыслимое количество обследований и получают диагноз: истерическое расстройство, панические атаки).
Боль – переживание сугубо эмоциональное и индивидуальное. Его очень трудно измерить. Все исследования в этой области основаны на большом числе стандартизированных тестов. А результаты трактуются учеными весьма осторожно. Поэтому психологи и врачи не рекомендуют простым смертным читать медицинские энциклопедии: все равно все истолкуется неверно. Например, аппендицит в справочниках описывается как «острая боль», а многие испытывают тупую и не слишком сильную. Кто-то из-за больного зуба в буквальном смысле на стену лезет, а кто-то умудряется до последнего момента не замечать, что зуб этот полностью развалился…
По замыслу природы боль не может быть самоцелью.
Это подтверждают крайне редкие случаи, описанные в медицинской литературе, когда рождались люди, напрочь лишенные чувства боли. Известна история английской девочки, которая могла сжевать свои губы, получить опасные ожоги и даже не заметить. Такие люди – редкость. Их с удовольствием изучают медики. Но живут они недолго – еще в детстве погибают либо от травм, несовместимых с жизнью, либо от банального аппендицита.
Несмотря на то что женщины способны переносить родовые муки, их болевой порог все-таки ниже. Зато мы эмоционально погружаемся в процесс боли и не спешим с ней расставаться. А мужчины более склонны к употреблению таблеток и искоренению самой причины временного неудобства. Они могут перенести большую боль, чем женщины, но совершенно не желают терпеть ее долго.
Доказано, что голубоглазые люди острее других чувствуют физическую боль – у них самый низкий болевой порог. Напротив, обладатели черных очей наиболее выносливы в этом плане. Это чисто статистическое заключение. Каким образом ген, отвечающий за цвет глаз, влияет на болевой порог, пока неясно.
Боль нельзя игнорировать: есть риск не заметить опасность. Но нельзя и слишком трепетно к ней относиться: велика вероятность, что поставишь себе диагноз, которого нет (это называется психосоматическое расстройство). Найти золотую середину нам всегда мешают чрезмерно развитый интеллект, бурная фантазия и сильная воля – то есть все, что в нас есть человеческого.
Нервная система человека сложнее, чем у любого животного. Поэтому даже боль порою теряет ориентиры и появляется вовсе не там, где должна. В медицине это называется реперкуссия – отраженное расстройство. Неполадки случаются в одном органе, а заболевает почему-то совсем другой. Так, покалывания в сердце могут на самом деле сигнализировать о проблемах с печенью и желчным пузырем. И наоборот, желудок болит при приближении инфаркта. Неприятные ощущения в трапециевидной мышце могут свидетельствовать вовсе не о перекачанности, а о воспалении легких. И т.д.
Внутренняя боль может проецироваться и на кожу. Причем это происходит в начале, когда других симптомов нет. Китайские врачеватели умели считывать болевые сигналы еще пару тысяч лет назад, европейская официальная медицина признала их лишь в начале XX века благодаря русскому терапевту Захарьину и британскому невропатологу Геду. Теперь зоны на коже, ответственные за отражение боли в том или ином органе так и называются «зоны Захарьина-Геда».
К тому же надо признать, мы довольно смутно представляем, что и где должно болеть. Поэтому часто склонны подозревать не тот орган и принимать не те меры. Вот, например, за боли в сердце можно принять проблемы с пищеварением. Когда еда поступает в желудок, для ее обработки выделяются кислоты. Повышенная кислотность приводит к чувству жжения в верхней части желудка (то есть в левом подреберье) , а ты хватаешься за сердце. Нередко сердечная боль объясняется остеохондрозом или носит невротический характер. Если ты много переживаешь, организм вспоминает фольклор и заявляет, что сердце должно болеть. Вот и ноет у тебя между ребрами. При этом настоящая сердечная боль не обязательно возникает в левой половине грудной клетки. Иногда она прихватывает левую руку или левую половину нижней челюсти. Сейчас увеличивается количество людей, к которым инфаркт подкрадывается бессимптомно. Связано это с наличием сопутствующих хронических заболеваний. Например, сахарный диабет вызывает нарушения нервной системы – и боль вовремя не сигнализирует о катастрофе.
Ненаркотических, разрешенных к продаже без рецепта обезболивающих не так уж много. Эффект изобилия создают разные торговые названия и комбинации действующих веществ и различных добавок. Чтобы правильно назначить себе препарат, нужно четко представлять природу боли. А это не всегда под силу даже опытным врачам. Сможешь ли ты стопроцентно отличить головную боль напряжения от мигрени? Воспаление сустава от растяжения мышцы? ПМС от аднексита? То-то и оно… Потому ненаркотические обезболивающие, как правило, подбираются нами методом проб и ошибок.
АНАЛЬГИН (международное название – метамизол) помогает почти при всех видах боли, блокируя образование ее медиаторов. В России продается под 29 разными торговыми названиями.
АСПИРИН (ацетилсалициловая кислота) помимо болеутоляющего и противовоспалительного обладает и жаропонижающим эффектом. Входит в состав многих лекарств для симптоматического лечения гриппа и простуды, и потому его часто передозируют, приняв несколько разных таблеток и порошков.
ИБУПРОФЕН очень сильное противовоспалительное средство. В России зарегистрировано 34 препарата на основе этого вещества.
ДИКЛОФЕНАК особенно эффективен при боли в суставах, потому что хорошо снимает воспаления. На нашем рынке 53 препарата с разными названиями.
ПАРАЦЕТАМОЛ противовоспалительного действия практически не оказывает (и именно потому дает гораздо меньше побочных эффектов!), но воздействует на центры боли и терморегуляции в центральной нервной системе, снимая заодно и температуру. Имеет 39 разных названий в России.
ОБЩЕЕ ПРАВИЛО ТАКОВО: если принятое лекарство не принесло облегчения, не принимай его больше – во избежание передозировки и неверного выбора. Обязательно обратись к врачу.

Боль не всегда сигнал болезни. Она возникает в мышцах при повышении нагрузок. И все абсолютно (за исключением мифической «одной знакомой моей соседки») испытывают ее во время родов.
Мышечная боль – это сигнал достижения. Она означает, что очередной барьер взят: сегодня ты сделала больше, чем обычно. Высокие нагрузки сопровождаются накоплением в тканях молочной кислоты, она раздражает нервные окончания, и это приводит к появлению болевых ощущений.
Родовая боль была дана, скорее всего, для того, чтобы самки не проспали появления детеныша. По древним природным законам первобытные женщины становились матерями большей частью ночью в пещере. Днем бывало не до того, племя все время куда-то перемещалось, за кем-то охотилось, от кого-то убегало. А тихое и незаметное появление детеныша, пока все спят, могло быть неадекватно воспринято общиной по пробуждении: кто такой? откуда взялся? Потому – чтоб уж ни у кого сомнений не возникло – боль задолго начинает предупреждать о приходе новой жизни.
По идее, эта функция давно утрачена, потому обезболивание родов вполне закономерное достижение цивилизации. Однако некоторые его противники полагают, что мозг современного, непещерного, человека сам не должен запускать механизм боли.
«Природа заложила в нас инстинкт размножения и сделала зачатие приятным, – размышляет Наталья Ли, акушер-гинеколог московского роддома №4, – но в процессе родов подавляющее большинство испытывает страх и боль. По всей видимости, потому, что любое сокращение мышц матки женщина воспринимает как скрытую угрозу и всячески пытается сопротивляться. А чем больше сопротивление, тем больше давление. Сами по себе роды должны быть безболезненными. Роды – это счастье».
Ну, по большому счету, боль – это тоже счастье. Она обозначает наши контуры в этом мире. Сколько раз ты, не веря в реальность происходящего, просила: ущипните меня? Если больно, значит, этот мир тебе не снится.